Российский IT-рынок остаётся одним из самых динамичных сегментов экономики: по оценке «Руссофт», в 2024 году он достиг 2,5 трлн руб. (+24% год к году), а по CNews Analytics — 3,1 трлн руб. (+18,7%), во многом за счёт «растущей зрелости цифровых решений».
На этом фоне сегмент программного обеспечения — ключевой драйвер: Минцифры отмечает ускорение спроса на общесистемный софт, а совокупные расходы на российское ПО за пять лет «выросли чуть более чем в 3,5 раза». Для масштаба: мировые IT-расходы, по Gartner, — $5,26 трлн в 2024-м (+7,5%), в 2025-м ожидается $5,74 трлн (+9,3%).
По данным исследования Т1 «Пульс цифровизации», компании в 2024 году направили на разработку, покупку, аренду и внедрение ПО 1,9 трлн руб. против 1,2 трлн руб. в 2022-м. Заместитель гендиректора по развитию бизнеса НОТА (IT-холдинг Т1) Антон Спирин подчёркивает:
«Также за этот период выросли показатели по финансированию импортозамещения: на приобретение и аренду российского ПО в 2022 году было потрачено 203 млрд руб. (17% от всех IT-инвестиций), а в 2024 году — уже 455 млрд руб. (23%)».
Что замещено, а что тормозит
Участники рынка сходятся: прогресс неравномерен. Управляющий директор БОСС в SL Soft Михаил Гусев констатирует:
«Рынок действительно вырос, но во многом за счет госзакупок и вынужденного замещения. Да, есть успехи в замещении офисного ПО, но в сложных сегментах — промышленности, высоконагруженных системах — зависимость от иностранных технологий остается высокой». По банковскому ПО, продолжает он, переход идёт преимущественно в прикладном контуре: «…но скорее для прикладных задач —: виртуальные рабочие места и документооборот», а в целом «большинство банков среднего уровня на этом и остановилось».
Директор технологической практики «ТеДо» Юрий Швыдченко описывает «узкие места»:
«Медленнее развиваются узкоспециализированные системы, связанные с промышленной автоматизацией, роботизацией, так как необходима отраслевая компетенция среди разработчиков таких систем, высок порог входа с точки зрения инвестиций и крайне узок сегмент рынка для определенных IT-систем».
Приоритеты спроса: «Также в первую очередь развиваются сегменты, связанные с КИИ и подпадающие в том или ином виде под законодательство, далее сегменты, доступ к которым может быть технически ограничен: облачные, коммуникационные». В прикладном слое, по его словам, фокус на базовые «рабочие лошадки»:
«В части прикладных систем — BPM (ПО для управления, моделирования и автоматизации бизнес-процессов в организации), CRM (система управления взаимоотношениями с клиентами), ERP (ПО для управления бизнес-процессами), учетные и финансовые системы. На них строятся основные бизнес-процессы компаний независимо от отрасли, а уровень проникновения и функционал еще уступают западным аналогам».
В инженерном ПО прогресс ощутим, но есть задел для роста. Замгендиректора по научной работе «СиСофт Девелопмент» Михаил Бочаров оценивает:
«При этом, например, доля российских решений в системах проектирования и моделирования от всего используемого ПО составляет всего 51%». И добавляет: «Растет и доля ТИМ-решений на рынке инженерного ПО в России, сегодня она составляет 20%. При этом всего расходы на лицензии российского ПО выросли с 2021 по 2025 год в 3,5 раза — с 334 млрд до 1,1 трлн руб. Основным фактором роста эксперт называет «успешность продукта, который соответствует требованиям государства»».
От точечных замен — к комплексной переделке
Изменился и сам характер спроса. Директор «Инферит ОС» Ирина Назаренко говорит:
«Если раньше заказчики в основном фокусировались на точечном замещении отдельных продуктов, то сейчас запрос сместился в сторону комплексных решений. Клиенты стали подходить к вопросу системно, планируя комплексную замену IT-инфраструктуры».
В департаменте 1С ГК «Корус Консалтинг» подтверждают тренд на «плановую трансформацию». Татьяна Сулима: «В наших сегментах мы видим устойчивый рост, хотя темпы действительно ниже, чем в период пика импортозамещения. Это отражает переход рынка от форсированного импортозамещения к плановой цифровой трансформации».
Корпоративные вендоры тоже фиксируют переток спроса. В VK Tech отмечают кратный прирост клиентской базы, а по словам компании, в первом полугодии 2025-го «картина меняется»: быстрее всего прибавляют сервисы продуктивности и бизнес-приложения (после бум-года облаков).
Узкие горлышки: кадры, бюджеты, интеграция
Сдерживающих факторов несколько. Директор департамента «Заказная разработка» «Рексофт» Евгений Грачев видит главный — в дефиците инженерных компетенций:
«Основное ограничение — кадровый дефицит в сложных инженерных направлениях, таких как SDN (программно-определяемая сеть) и SDS (программно-определяемая сеть хранения). Специалистов, способных разрабатывать и внедрять решения на уровне зрелых коробочных продуктов, немного. Кроме того, часть заказчиков по-прежнему находятся в режиме наблюдения, особенно в сегменте крупных B2B-компаний, у которых лицензии на западное ПО еще действуют». При этом скорость релизов выросла: «Скорость поставки возросла из-за необходимости быстро адаптироваться к реалиям рынка, необходимости импортозамещения».
Коммерческий директор «Газинформсервиса» Роман Пустарнаков указывает на осторожность инвесторов и длинный цикл решений, особенно в коммерческом B2B, где бюджеты стагнируют на фоне макро-неопределённости и охлаждения деловой активности. Часть просадки компенсирует госсегмент и КИИ (критическая информационная инфраструктура): «Однако это компенсируется растущим спросом со стороны госкомпаний и сегмента КИИ, где бюджеты носят более плановый и защищенный характер». Здесь мы добавим расшифровку термина, чтобы не оставлять англицизмов без пояснений: ROI — это рентабельность инвестиций.
Наконец, интеграция. Михаил Гусев предупреждает:
«Одна из ключевых проблем — интеграция. Около половины предприятий сталкиваются с тем, что новые системы не стыкуются со старыми процессами. Особенно сложно этот процесс идет в промышленности, где оборудование десятилетиями работало на западном софте». В результате: «Бизнес вынужден параллельно содержать старые иностранные решения и новые российские, что удваивает затраты и сложность их содержания и обслуживания. В критических отраслях так работает, пожалуй, более трети предприятий». Стратегии разные: «Бизнес либо постепенно заменяет ПО начиная с неключевых процессов, например с документооборота, либо разрабатывает решения самостоятельно — «крупные игроки создают узкоспециализированные решения силами своих внутренних IT-команд»».
Дальше — спокойнее: рост замедлится, экспорт подтянется
По оценке президента «Руссофт» Валентина Макарова, на внутреннем рынке темпы будут плавно снижаться — «итог импортозамещения» в значительной части материализовался, — а экспортное направление станет набирать обороты, постепенно возвращаясь к доле, близкой к докризисным ~50% от выручки отрасли.
Юрий Швыдченко формулирует консенсус-прогноз:
«Вряд ли в текущем году объем рынка российского ПО сильно вырастет, скорее на 10–15%. Такой рост сохранится на следующие несколько лет. Рынок становится более зрелым, единовременный скачок роста, связанный с импортнозамещением, в основном пройден, и дальше будет более органический рост».